Главная
История
Состав группы
Галерея
Видео
Нарушая тишину
Гостевая книга
Контакты
Новости
Наши друзья


sl_7.jpg
Сонанс

Сонанс

ПРЕДЫСТОРИЯ 1.1.

Экспериментальная музыкальная студия. Сонанс. 1977 – 1980

Студия называлась экспериментальной музыкальной, потому что музыканты фанатично экспериментировали. Сейчас это напоминает стилистическую непоколебимость ранних Pink Floyd. Они не играли ничего, что до них кто-либо попытался сыграть. Стиль был задан ещё на базе клуба архитектурного института, где выходцы из "Слепого музыканта" начали свою взрослую карьеру в кооперации с тамошними звёздами (без иронии), имена которых бережно хранятся в архивах памяти «свердловского рока». Психоделическая помесь тяжёлого удара и классики, в аранжировке, по тем  временам авангардистской, вдохновлённой самыми высокими арт-роковыми образцами. Когда группа Скрипкаря и Пантыкина обосновалась в собственной резиденции в стенах универститета, они продолжили с удесятирённым упорством и верой в светлое завтра уральского арт-рок-авангарда. В составе не было электроинструментов, за исключением бас-гитары, всё остальное – акустика (рояль, гитара, скрипка, барабаны, контрабас, флейты, колокольня).
Первым опусом стала многоминутная композиция на основе фортепианного цикла Сергея Прокофьева «Мимолётности». Чтобы это себе представить, нужно сначала прослушать весь цикл в аутентичном звучании, потом приложить к этому инструментальный менталитет ранних Yes, добавить психоделический воздух сочинений Карлы Блей (отсылаю к её рок-джаз"хронотрансдукции" "Escalator Over the Hill"), и поверить, насколько прочувствованно педагог детской музыкальной школы при консерватории, глубокий человек и тонкий музыковед, произнесла: - Это едва ли не лучше, чем у самого Прокофьева. Ко времени появления "Мимолётностей" в составе группы были уже названные Скрипкарь, Пантыкин, Савицкий, незадолго до этого к ним присоединилась вокалистка Настя (в последствии Полева). В следующей за "Мимолётностями" нетленной композиции «Зеркала» Настя с какой-то цыганской страстью исполняла вокальное соло, напряжённая мелодика и техническая сложность которого приводили слушателей в изумление.
Собственно, название «Сонанс» появилось только в конце 1977 года, после прихода в группу в качестве гитариста Михаила Перова. Скрипкарь уже давно перешёл на стезю бас-гитары и в присутствии Перова к шести струнам прикасался исключительно по нужде, диктуемой задачами аранжировки. Сама аранжировка начиналась после возникновения базовой фортепианной темы. Первой изобретали партию бас-гитары. Она должна была стать самостоятельным солирующим голосом, хитро вплетённым в ткань фортепианных переливов. Под стать басу всегда была и затейливая механика барабанных наигрышей, выверенных и заученных до последнего удара. И так далее с каждым инструментом. Этот подход становится понятным, если учитывать, что своими ориентирами на тот период друзья считали группы "Emerson, Lake & Palmer"  и "Yes". Однако, ошибочно было бы ожидать от "Сонанса" хотя бы малейшей похожести на названные авторитеты. Мелос произведений уральской музыкальной экспериментальной студии совершенно оригинален. Основным автором-поставщиком  тематического материала был Пантыкин, писавший очень много. Это, в свою очередь, требовало от остальных блюстителей концепта кропотливых усилий  в деле сохранения "чистоты идеи". Предложенный материал подвергался отбору, правке, усиливался собственными авторскими дополнениями. Окончательная сверкающая картинка выходила из-под коллективного пера, с решающим участием всех присутствующих редакторов и соавторов. 

В середине 1978 года в группу пришли: скрипач Андрей Балашов, и контрабасист Олег Андреев. Оба друга-одноклассника завершали обучение в музыкальной десятилетке при консерватории. Состав "Сонанса" сформировался в окончательном виде. К этому времени наш герои сочинили несколько масштабных музыкальных полотен, уже не прибегая к кладовой национальной классики. В ноябре 1978 года всем составом молодые люди отправились на первый московский рок-фестиваль в город Черноголовка, куда были приглашены Артемием Троицким, одним из инициаторов этого слёта. Фестиваль проходил во Дворце Культуры всесоюзно-уважаемого Научно-исследовательского института биологических исследований (НИИБИ, именно так). Организаторы собрали некий, по тем временам выдающийся, аппарат, главным менеджером по сборке и настройке которого был звукорежиссёр "Машины Времени" Ованес Мелик-Пашаев (смотри фигуру в кожанном пиджаке на странице "Галерея - Фотографии 1980-1983 - саунд-чек"). Провинциальный "Сонанс" получил почётное право первым испытать полунастроенную аппаратуру на своём незакалённом живом теле. Сырая аудиозапись этого выступления сохранилась в архивах очевидца события - одного из московских гранд-меломанов и уже в новое время была издана на CD с названием "Черноголовка-1978. С34+Сонанс". Она в полном объёме выложена в сети и сегодня может дать представление, насколько непростой оказалась участь счастливых обладателей билетов в главный на тот момент ДК нашей страны.  Тем удивительнее слышать после исполнения первой композиции, а это были "Мимолётности", продолжительную, настойчивую, хотя и малочисленную, бисовку. Эти фонограммы позволяют составить не более, чем примерный монохромный магнитофонный портрет Сонанса. В них не попала основная часть сонансовской тишины, в отсутствие студийных записей так и оставшаяся безвозвратно утраченной. А в сумраке этой тишины была и акустическая гитара, сложная, насыщенная партия, тембральные краски скрипичной линии, и вся масса полушорохов и еле слышных звучаний перкуссии, вздохи вокала Насти и гулкий шёпот контрабаса. Без этого фонограмма остаётся напыщенными потугами самодеятельного оркестра. И мы уже никогда не сможем рассмотреть цвет глаз, смотревших в снимающий объектив, сколько бы ни вглядывались сквозь увеличительное стекло в потрескавшийся глянец старого черно-белого фотопортрета. 

 Последняя из номерных композиций «Сонанса» - сорокаминутный опус «Пилигримы», изысканный, позднеромантичный, вершина сонансовской отрешённости от нужд современного массового потребителя. Первая восьмиминутная его часть под названием "Колокола" представлена в Черноголовской фонограмме. Были попытки разнообразить жанры. Сочинённый Перовым (из под пера Перова), появился цикл мелодичных песен на стихи Дж. Родари к музыкальной сказке «Джельсомино в стране лжецов» (осталась не осуществлена, две из них прозвучали в Черноголовке). Писались небольшие, почти импровизационные акустические композиции без барабанов для разовых выступлений (день первокурсника и подобное), приводившие в трепет пленённых звенящими полутонами неведомого молодых слушателей. Ещё была сочинена и сыграна в мае 1979 года перед студентами политехнического института на праздоновании 30-летия Физтеха программа в "легкомысленном" рок-стиле, с драйвовыми композициями в духе Рика Вэйкмана, с импровизациями Балашова на скрипке и Пантыкина на рояле, с элементами костюмирования, позитивная и стремительная (запись этого выступления сохранилась и может пополнить аудиоархивы в сети).

Как-то раз, соратники завлекли к себе в репетиционную знаменитого саксофониста Алексея Козлова, гастролировавшего со своим «Арсеналом». Козлов, просто, не успел увернуться, когда тёплым, из гостиничной постели его позвал вкрадчивый Иван Савицкий. А дальнейшее уже было делом техники «Сонанса» (надо сказать, что «Сонанс» во всём своём акустическом блеске мог прозвучать только для слушателя, сидевшего здесь же рядом, в момент исполнения). Задетый услышанным, знаменитый гость потом часа три посвятил разговору со своими новыми знакомыми. Он то и поведал Сонансу,  что им нужен администратор (лучше всего какой-нибудь проворный, такие чаще встречаются среди фарцовщиков), который позаботился бы о создании условий для концертных выступлений. После этого, весной 1980 г. появился Евгений Димов, напористый, амбициозный, прямолинейный, к тому же ещё и техничный барабанщик.
Все фигуранты «Трека» собрались. Группа «Сонанс» приготовилась разделиться на две неравные части.

 
© www.gruppa-trek.ru | © Создание сайта: Egan.Ru
Все права защищены!
При использовании материалов данного сайта ссылка на сайт обязательна!
В оформлении сайта использованы работы дизайнеров Александра Коротича и Олега Раковича.
Фотографы: О. Ракович, И. Зиганшин, И. Горячев, А. Гноевых, С. Кислов.